Кунцевич Александр Константинович – кандидат биологических наук, старший научный сотрудник
630089, г. Новосибирск, ул. Б. Богаткова 175/1
175/1, B. Bogatkova Str., Novosibirsk, 630089
Щетинина Анна Олеговна – аспирант, младший научный сотрудник
630089, г. Новосибирск, ул. Б. Богаткова 175/1
175/1, B. Bogatkova Str., Novosibirsk, 630089
Мустафина Светлана Владимировна – доктор медицинских наук, ведущий научный сотрудник
630089, г. Новосибирск, ул. Б. Богаткова 175/1
175/1, B. Bogatkova Str., Novosibirsk, 630089
Веревкин Евгений Георгиевич – кандидат биологических наук, старший научный сотрудник, НИИТПМ – ФИЦ ИЦиГ СО РАН; НИИМББ – ФИЦ ФТМ
630089, г. Новосибирск, ул. Б. Богаткова 175/1,
630117, г. Новосибирск, ул. Тимакова 2
175/1, B. Bogatkova Str., Novosibirsk, 630089б
2, Timakova Str., Novosibirsk, 630117
Симонова Галина Ильинична – доктор медицинских наук, профессор, главный научный сотрудник
630089, г. Новосибирск, ул. Б. Богаткова 175/1
175/1, B. Bogatkova Str., Novosibirsk, 630089
Щербакова Лилия Валерьевна – старший научный сотрудник
630089, г. Новосибирск, ул. Б. Богаткова 175/1
175/1, B. Bogatkova Str., Novosibirsk, 630089
Рымар Оксана Дмитриевна – доктор медицинских наук, профессор, заведующий лабораторией
630089, г. Новосибирск, ул. Б. Богаткова 175/1
175/1, B. Bogatkova Str., Novosibirsk, 630089
Цель. Изучить связь питания с риском фатальных исходов от сердечно-сосудистых заболеваний у лиц с сахарным диабетом 2-го типа (СД2).
Материалы и методы. Базовое исследование проведено в рамках проекта HAPIEE в 2002–2005 гг. Период наблюдения за наблюдаемой когортой, в том числе за лицами с СД2, длился с 2003–2005 гг. по 31 декабря 2018 г. и составил в среднем 12,8 лет (1,1 ± 16,0 лет). В рамках исследования были сформированы две группы: основная – лица с СД2, у которых «Развились фатальные события», и группа сравнения – лица с СД2, у которых «Не развились фатальные события» за период наблюдения. В основную группу были включены 207 человек (107 мужчин, 100 женщин), средний возраст для лиц обоего пола 62,4 ± 5,9 лет; в группу сравнения – 474 человека (177 мужчины, 297 женщин), средний возраст для лиц обоего пола 58,1 ± 6,6 лет. Данные по фактическому питанию были получены при опросе 681 участника с использованием вопросника по оценке частоты потребления пищевых продуктов и включали информацию о потреблении 147 продуктов. Статистическую обработку данных проводили с использованием пакета прикладных программ SPSS 13.0. Описание данных представлено в виде M ± SD, где М – среднее арифметическое значение, SD – стандартное отклонение. Оценка отношения рисков проведена с использованием регрессии Кокса. Критический уровень статистической значимости различий принимался при p < 0,05.
Результаты. Получены данные, что увеличение потребления фруктов (на 80 г/сут) и орехов (на 2 г/сут) связано со снижением рисков сердечно-сосудистой смерти: отношение рисков (HR) = 0,726; p = 0,044 и HR = 0,826; p = 0,011 соответственно; увеличение потребления яиц (на 50 г/сут) – с повышением риска смерти: HR = 1,728; p = 0,003 у мужчин. У женщин при потреблении мясных продуктов наблюдалось снижение риска смерти: HR = 0,786; p = 0,036.
Заключение. Результаты исследования показали определенную ассоциацию потребления ряда продуктов с риском смерти от сердечно-сосудистых заболеваний у лиц с СД2. Так, более высокий уровень потребления фруктов, орехов, мясных продуктов был связан со снижением риска сердечно-сосудистой смертности, а увеличение потребления куриных яиц, наоборот, с повышением риска фатального исхода. Эти данные указывают на важность контроля питания у лиц с нарушениями углеводного обмена.
Aim. To evaluate the relationship between nutrition and the risk of fatal outcomes from cardiovascular diseases in individuals with type 2 diabetes mellitus (T2DM).
Materials and methods. The baseline study was conducted within the HAPIEE project in 2002–2005. The followup period for the observed cohort, including individuals with T2DM, lasted from 2003–2005 to December 31, 2018 and reached on average 12.8 years (1.1 ± 16.0 years). Within the study, 2 groups were formed: the treatment group which included persons with T2DM who “developed fatal events” and the control group which encompassed individuals with T2DM who “did not develop fatal events” during the follow-up. The treatment group included 207 people (107 men, 100 women), the average age for both sexes was 62.4 ± 5.9 years; the control group consisted of 474 people (177 men, 297 women), the average age for both sexes was 58.1 ± 6.6 years. The data on actual nutrition were obtained from a survey of the participants using the Food Frequency Questionnaire and included information on consumption of 147 foods. Statistical processing of the data was carried out using the SPSS 13.0 software package. The data were presented as M ± SD, where M is the arithmetic mean and SD is the standard deviation. An analysis of the association between nutrition and the risk of death from cardiovascular diseases was performed using the Cox regression model. The differences were considered statistically significant at p < 0.05.
Results. In the studied sample, we identified a significant relationship between the consumption of a number of foods and the risk of death from cardiovascular diseases in people with T2DM over a 15-year follow-up. It was shown that increased consumption of fruits (by 80 g / day) and nuts (by 2 g / day) was significantly associated with a decreased risk of death in men: hazard ratio (HR) = 0.726, p = 0.044 and HR = 0.826, p = 0.011, respectively. Increased consumption of eggs in men (by 50 g / day) was associated with an increased risk of death: HR = 1.728, p = 0.003. In women, a decreased risk of death was observed only with the consumption of meat products: HR = 0.786, p = 0.036.
Conclusion. The results of the study showed a clear relationship between the consumption of a number of foods and the risk of death from cardiovascular diseases. Thus, increased consumption of fruits, nuts, and meat products was significantly associated with a decreased risk of death from cardiovascular diseases in people with T2DM, while the consumption of eggs and dairy products, on the contrary, was associated with an increased risk of mortality. These data indicate the importance of dietary control in individuals with carbohydrate metabolism disorders.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.